На многих совещаниях во властных структурах чиновники оптимистично рапортуют о высоких показателях строительства жилья. Да и жители краевого центра видят растущие как грибы новостройки. Но насколько они пригодны для существования? Правда ли, что столь часто ругаемые хрущевки были далеко не худшим вариантом? И живо ли вообще сегодня архитектурное искусство?

Об этом и многом другом корреспондент “СБ” беседовала с президентом Альянса свободных ставропольских архитекторов Виктором Маркеловым.

— Виктор Алексеевич, почему вы решили связать свою жизнь с архитектурой?

— На самом деле все получилось случайно. Когда я оканчивал школу, мама услышала, что предстоит набор абитуриентов на архитектурное отделение Cтавропольского строительного техникума, и предложила мне попробовать туда поступить. В детстве я очень любил рисовать, но потом это увлечение забросил. Однако насчет учебы призадумался. В техникум требовалось было представить рисунки, я сообразил акварелью натюрморт на листах А4 и отправил, честно говоря, без всякой надежды. Но мне пришел вызов на экзамены. Я поступил и, как оказалось, что называется, попал в профессию.

За свою жизнь сменил немало мест работы, в том числе около 5 лет был главным художником города. А когда после перестройки в 1990-х годах разрешили открывать свои творческие мастерские, воспользовался, как и некоторые коллеги, этой возможностью. Затем мы объединились в ассоциацию лицензированных архитекторов. После отмены лицензирования переименовались в Альянс свободных ставропольских архитекторов. Кстати, в следующем году ему исполнится 20 лет. Не так давно Альянс вступил в саморегулируемую организацию некоммерческое партнерство “Проектировщики Северного Кавказа”, подтвердив тем качество работы.

— Кстати, о качестве. Как сегодня обстоят дела со специалистами в области архитектуры?

— Ситуация оставляет желать лучшего. Большинство представителей — люди пенсионного и предпенсионного возраста, молодежи мало. Это объяснимо. Ближайшее учебное заведение по профессии находится сейчас в Ростове-на-Дону, и многие начинающие специалисты уже не хотят потом возвращаться обратно. Иногда за проектирование зданий берутся дизайнеры, но результат далеко не всегда радует. Порой кажется, что архитектура как таковая прекращает свое существование, ведь это еще и искусство, которое практически погубил богатый советский опыт массового возведения типовых зданий.

— Глядя на некоторые нынешние новостройки, можно подумать, что советское наследие было не таким уж плохим.

— Да, то, что строят сейчас, — это ухудшенный вариант хрущевок. Если раньше возводились трех- и пятиэтажные дома, то сегодня это строения в 18 этажей с непригодными для жилья квартирами. Недавно видел репортаж из другого города, где рекламировали подобные здания. Слоган гласил: “Квартира по цене машины”. И мне хотелось добавить: “И размером с гараж”. В тех же хрущевках все-таки был установлен минимум жилплощади для однокомнатной квартиры — 36 квадратных метров. Нынешняя квартира-студия имеет общую площадь примерно 25 квадратных метров. Такое жилье подходит максимум для 1 человека, но ведь чаще всего его приобретают молодые семьи. Как жить в таких условиях с детьми, страшно представить.

Вместо того чтобы всерьез взяться за малоэтажное строительство,
у нас возводят  каменные многоэтажные гетто, за которые стыдно
перед будущими поколениями.!

К тому же во многих многоэтажках попросту отсутствует инсоляция в квартирах из-за скученности зданий. Как следствие — плесень на стенах, проблемы со здоровьем и вид из окна на стоящий напротив дом.

И еще такой момент. Те же хрущевки планировались с учетом инфраструктуры, сейчас же строятся огромные микрорайоны, в которых не предусмотрены школы, детские сады. А парковки — вообще отдельная тема. Между некоторыми домами и людям разминуться сложно, что уж говорить об автомобилях.

— Но нередко можно слышать, как в пример ставят Японию, где весьма востребовано малогабаритное жилье.

— Там это обусловлено небольшой территорией страны при высокой численности жителей. В России же пока острой проблемы с земельными участками нет. И опять-таки японские так называемые каюты оснащены высокотехнологичным оборудованием, встроенными кухней, холодильником, даже кровать выдвигается. Думаю, у нас такое вряд ли можно увидеть. Да, сначала малогабаритки и в России раскупались как горячие пирожки не в последнюю очередь из-за относительно низкой стоимости, но надеюсь, что народ поймет что к чему и перестанет голосовать рублем за некачественные квартиры. Может, это заставит властей задуматься, как сделать жилье доступным, хотя бы за счет снижения процентной ставки по ипотеке. Кстати, вы знаете, откуда взялись нормативы, что на 1 человека должно приходиться не менее 6 квадратных метров жилплощади? Из практики немецких тюрем, где работники заметили, что при меньшем пространстве на заключенного начинаются эпидемии. А мы по этим нормам живем постоянно.

— А что, по вашему мнению, еще нужно изменить, чтобы все-таки появилось удобное и красивое жилье?

— Для начала — законодательную базу. Бюрократия способна убить любую инициативу на корню. Законы не отрегулированы, и то же самовольное строительство — реакция на неработающую законодательную систему. У нас действуют по методу латания. Например, если не хватает квартир, вместо того чтобы всерьез взяться за малоэтажное строительство, возводят каменные многоэтажные гетто, за которые стыдно перед будущими поколениями. Ведь практика показывает, что коттеджи, пусть на несколько семей, очень востребованы. И еще властям нужно прислушиваться к бизнесменам, которые действительно знают, какие строения перспективны и выгодны, а не губить инициативу на корню. В Ставрополе немало зданий, построенных еще в позапрошлом веке, которые и сейчас пригодны для жилья. И хотелось бы, чтобы и от нашего времени осталось качественное наследие.

Беседовала Анна Учаева